Новости

2010-й год привел к окончанию правления президентов Татарстана (март) и Башкортостана (июнь), бывших лидерами этих республик еще с советской эпохи, и принадлежавших преимущественно к хозяйственной части номенклатуры.

Минтимер Шаймиев и Муртаза Рахимов возглавляли республики всю сознательную жизнь постсоветского поколения, а для студенчества последних лет – просто всю жизнь. В сентябре сменился президент и третьей тюркской республики Приволжского Федерального округа – Чувашии. Николай Федоров начал править в Чебоксарах в 1993-м году. Сами республики также уже пережили почти всех своих обитатателей. Автономия Башкирии была признана центральным правительством в 1919г., а в 1922 г. она возникла в современных границах. 90 летие Декрета властей РСФСР об образовании Татарской автономной республики отмечали 27 мая этого года. 24 июня 1920 г. была создана Чувашская автономная область, преобразованная в 1925 г. в автономную республику.
Сейчас на словах ситуация радикально отличается от начала 1990-х гг., называемых эпохой «парада суверенитетов». В настоящее время выдвинуты идеи ликвидации многих преобразований тех лет. Это относится к указанию на наличие «ограниченного» или «разделенного» суверенитета в Конституциях республик, существованию поста президента в российских республиках, действию Договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти республик (в настоящее время существует только между органами государственной власти РФ и Республики Татарстан), преподаванию обоих государственных языков (русского и титульного) в школах и вузах республик. Это сопровождается массовым переводом национальных школ на преподавание на русском языке (особенно вне соответствующих республик) в результате ликвидации национально-регионального компонента (НРК).
В реальности для большинства граждан ситуация в трех республиках ПФО не так сильно изменилась за последнее десятилетие. Новые лидеры представляют титульные этносы и принесли присягу на двух государственных языках. Продолжается преподавание титульных языков республики для всех школьников. Причем по результатам переписи 2002г., в Татарстане и Чувашии этими языками владеют более половины населения, то в Башкортостане - только четверть (татарским треть) жителей. Главы местных администраций по-прежнему назначаются главами субъектов федерации, как и большинство руководителей на уровне субъекта федерации (кроме глав силовых, судебных и контролирующих структур).
Президент Татарстана Рустам Минниханов не оставляет посты в ключевых предприятиях республики. Он был переизбран председателем Совета директоров ОАО "Татнефтехиминвест-холдинг", созданного РТ в 1993 г. для совершенствования управления нефтегазохимическим комплексом. В прошлом году, несмотря на кризис, инвестиции составили 77 млрд. рублей (в основном - на проект ОАО "ТАНЕКО"), т.е. строительство Комплекса нефтеперерабатывающих и нефтехимических заводов в Нижнекамске. Рустам Минниханов сохранил также должность председателя Совета директоров ОАО "Татнефть». С исламским миром Президент Татарстана предпочитает экономические контакты. Только в августе он нанес визы президентам Туркменистана и Казахстана, регулярно проходят встречи с представителями государств Персидского (Арабского) залива, Турции.
Именно о влиянии религиозного фактора на ситуацию в Башкортостане много писали федеральные СМИ в августе. В дни Рамадана Президент Башкортостана Рустэм Хамитов провел ряд рабочих встреч с руководителями традиционных религиозных конфессий, представленных на территории Башкортостана. На встречах с Верховным муфтием, председателем Центрального Духовного управления мусульман России Талгатом Таджуддином, главой Духовного управления мусульман республики муфтием Нурмухаметом Нигматуллиным и архиепископом Уфимским и Стерлитамакским Никоном. На официальном сайте президента РБ указывается, что в ходе встреч «была отмечена необходимость усиления разъяснительной работы, особенно среди молодежи, направленной на предупреждение появления различных нетрадиционных религиозных направлений экстремистского толка». 1 сентября в «Независимой газете» в спецвыпуске «НГ-религии» появилась статья Владислава Мальцева «Башкирский джихад. Ситуация в Прикамье стремительно накаляется». Здесь речь идет о ликвидации 17 августа близ деревни Кургаш в Архангельском районе Башкортостана группы боевиков. Упоминается и ликвидация в марте 2010г. так называемого «октябрьского джамаата» (по названию промышленного центра на юго-западе республики) и «Уйгуро-булгарский джамаата» в 2008 г.
Мальцев весьма резко оценивает уфимский режим: «ислам не делает разницы между национальностями, что весьма привлекательно на фоне культивируемого последние два десятилетия башкирского национализма, когда должности во всех ветвях власти доставались в основном соплеменникам президента Муртазы Рахимова. В СМИ неоднократно появлялись данные о том, что к «титульной нации», составляющей 30% населения республики, принадлежит при этом 84% судей, 70% прокуроров, 74% работников МВД и 75% депутатов». Мальцев откровенно злоупотребляет обобщениями: «Подобные события уже много лет не редкость для республик Северного Кавказа. Так же как и обстрелы милиционеров боевиками и подрывы ЛЭП, и последующие за этим прочесывания лесов и гор, и «зачистки» сел»».
На самом деле настроения и обстановка в Уфе и Башкортостане резко отличается от южных республик России. Четырехмиллионная республика является одним из регионов-доноров, крупнейшим российским центром промышленности и сельского хозяйства. Однако негатив в отношении чиновных выходцев с юго-востока республики в Уфе чувствуется. Традиционная башкирская кочевая культура слишком далеко отстоит от городской культуры индустриальных центров, которая исторически является русской и татарской. Поскольку мои предки были деятелями, боровшимися за создание Идель-Урала, а затем Башкирской и Татарской автономий, мне было крайне странно слышать агитацию за Уфимскую губернию от татарских активистов Уфы. Братские народы (причем число смешанных браков татар и башкир крайне велико) должны обладать возможностями для развития в рамках единой республики, а не губернии. До начала 1990-х гг. большинство мусульман всей России, включая Приуралье, были объединены в рамках единого Духовного Собрания. По источникам известно, что в его руководстве были представлены различные сословия и этнические группы. Здесь сотрудничали горожане Казани, Каргалы (затем Оренбурга), уроженцы Заказанья и мишарских регионов, наряду с представителями Приуралья и Западной Сибири, а зачастую и казахов. Мухаммеджан Хусаин и Мухаммедъяр Султанов, Ризаэтдин Фахредин и Габдуррахман Расули выступали от имени всей российской уммы, а не только мусульман Урала. Теперь вместо былого единства мы слышим много разговоров о нем. В итоге, лозунг исламского единства подобран ваххабитами…
Как уже говорилось, власть в республиках имеет свою логику. Так президент Башкортостана фактически поддержал сохранение обязательного обучения башкирскому языку в школах. И в Татарстане часть представителей русского населения требует превратить предметы национально-регионального компонента в факультативы. Куда же деть учителей, большинство из которых молоды и активны? У башкир и татар среди молодежи и среднего поколения выросло значение исламского фактора, а отсутствие улемов (на уровне профессоров богословия, как указывалось в Уставе Духовного управления 1918 г.) не дает возможность дать ответы на актуальные вопросы современности, особенно политические, социальные, экономические. И здесь появляется шанс для радикалов. Перепись населения 2010 г. вновь поставила вопрос о численности татар и башкир, и уже начались кампании по этнической мобилизации как при переписи 2002г.
При этом главное, чтобы в республиках сохранился межнациональный и межрелигиозный мир. В начале 1990-х гг. в крупных городах Волго-Уральского региона проходили массовые митинги и демонстрации, однако они не закончились кровопролитием. Ведь цели зачастую были общими. Так активисты татарских, башкирских и русских организаций вели кампанию против строительства Татарской и Башкирской АЭС, закончившуюся успехом. И хотя этих людей потом разделили разные политические проекты, они не стали демонизировать своих бывших соратников. Ведь всем людям нужны работа и безопасность, чистое небо и улыбки детей. И если народы Поволжья многие века живут между собой в мире и добрососедстве, то это наверное и есть лучшая программа для новых президентов российских республик.

Хабутдинов А.Ю. Источник: Йешлек.ру

Сегодня, 3 сентября, в уфимском ДК «Нефтяник» состоялось торжественное собрание, посвященное Дню работников нефтяной и газовой промышленности.

В своем приветственном слове президент ОАО АНК «Башнефть» Виктор Хорошавцев отметил, что башкирская нефтяная компания по всем показателям демонстрирует хорошие результаты.

Подробнее: В Уфе состоялось вручение первой корпоративной премии ОАО АНК «Башнефть»

Человек «традиционного общества»: опыт культурологического анализа.

Перед нами завершается большой и противоречивый период истории Башкортостана, который связан со сложной и неоднозначной фигурой президента Рахимова, возглавившего республику с 1990 г. Первый президент РБ символически олицетворяет собой целую эпоху, которая прошла не только под знаком суверенного развития, но и под его непосредственным руководством. Фигура Рахимова не столь однозначна, как пытаются трактовать его оппоненты или сторонники. В нем как в человеке своего времени отразились не только противоречия «перестройки», но и башкирского общества в целом. Хотим мы того или нет, но он уже стал частью нашей истории и дать оценку его деятельности рано или поздно все равно придется. Его личности необходимо уделить самое пристальное внимание, поскольку появление любого человека во главе республики с четырехмиллионным населением, никогда не бывает случайным. Это всегда результат подземных толчков истории, скрытых процессов и явлений происходящих в жизни общества.

 Публикуя данную статью, я выражаю слабую надежду, что она будет адекватно оценена теми, кто ее прочтет.

Это проявилось в том, что в условиях советского дефицита, Рахимов на заводе построил несколько ферм для нужд заводской столовой, заключал прямые договора с колхозами и т.д. Иными словами, постарался создать производство замкнутого цикла, то есть крестьянское хозяйство. Что было характерным явлением для своего времени, поскольку сама советская хозяйственная машина была вся пронизана крестьянским типом мироустройства. Другими словами он перенес опыт крестьянской общины на техническое производство, что дало хороший эффект. Это вызвало поддержку не только трудового коллектива, но и нашло понимание в партийном руководстве республики, тем более, что М.Рахимов был башкиром по национальности, а это соответствовало негласной партийной установке «выращивания» национальных кадров. Эти предпосылки способствовали избранию его депутатом Верховного Совета СССР от БАССР, что позволило ему резко выдвинуться из рядов представителей директорского корпуса республики.

 Особенности крестьянского менталитета

Одна из особенностей крестьянского типа мышления состоит в том, что люди такого склада потенциально консервативны, и не склоны поддаваться стихии разрушения. Отсюда бережливое отношение крестьянина к миру вещей, что на поверхностный взгляд выглядит как скупость. Привычка ничего не выкидывать (выражение «в хозяйстве пригодится»). Черту наших людей хранить на балконах «ненужные» вещи обсмеивает сатирик М.Задорнов, не видя в этом глубоко укорененную культурную установку традиционного общества. Крестьянский тип мышления выражается и в том, что с крестьянским складом ума люди предпочитают собирать и перекраивать из старого, чем сделать что-то новое. Отсюда и большое количество самоучек и кустарей в нашей стране (в телевизионной передаче «Пока все дома» есть даже рубрика «Очумелые ручки», где из старья делают новые предметы). Особенность крестьянского менталитета проявляется и во враждебном отношении ко всему чужому и непонятному, нетерпимость к инакомыслию, в попытке навязать свое мнение. В стремлении иерархической стратификации бытия и авторитарной вертикали. Культурного плюрализма городского человека у таких людей зачастую нет. Все эти противоречия отразились в личности М.Г.Рахимова, в характере его правления. Интуитивно президент чувствует традиционное своеобразие республики, глубокое различие двух миров (крестьянского и городского), ведь не случайно он в качестве аргумента высказал мысль о том, что не видит в качестве приемника сына Урала, поскольку тот совершенно не знает жизни деревни.

Особенности замкнутого мира деревенской общины, с корпусом неявного знания, в какой-то степени бесполезно объяснять представителю городской культуры. Тем не менее, накапливать знание о традиционном обществе крайне важно, поскольку с каждым годом эта проблема все больше начинает принимать экзистенциональный характер для нашей евразийской цивилизации.

В психологическом плане Рахимов человек умеренных взглядов и умеренных привычек. Он не курит, может немного выпить, никаких патологий в его характере нет. Работа на сложном производстве приучила его к самодисциплине и самоконтролю. Оппозиция часто сравнивает его с Брежневым, но это сравнение сильно натянуто, поскольку проявлений маразма у него нет. Как социальный тип - он нормальный, «средний» человек. Даже его харизма умеренная. До того, как стать президентом и выстроить власть под себя, он умело лавировал между различными политическими группировками, благоразумно рисковал. В самые острые моменты политической жизни старался выступить как примиритель и выразитель различных взглядов. Были моменты, когда Рахимов был излишне осторожен, не верил в свой потенциал. К примеру, на выборах главы региона 1998 г. он не допустил участия оппозиционных кандидатов А. Аринина и М. Миргазямова, хотя был явным фаворитом этой кампании. Это была ошибка тактического характера, поскольку их формальное участие могло создать видимость демократии. По этой же причине он демонстративно дистанцировался от лидеров башкирских общественных организаций и проводил реанимированную политику интернационализма советского образца. В тоже время именно с установлением его правления связана интенсивная этнизация власти. Но произошло это не благодаря каким-либо идеологическим предпосылкам, а из-за характера самой власти, то есть авторитарной модели управления.

Рахимов вырос и сделал свою карьеру в условиях советской действительности и, что характерно, в промышленном производстве. Отсюда технократический тип мышления и технократизм в принятии решений. Операционизм мышления, помноженный на здравый смысл. В то же время, являясь выходцем из обособленного деревенского мира, в нем всегда была развита природная, крестьянская интуиция. Получив заочно высшее техническое образование, он не стал тем, что у нас принято называть «технической интеллигенцией». Его трудно отнести и к уникальному типу советского инженера – может быть, лучшему продукту советской цивилизации, на которых, по сути, держался СССР. Представитель директората в условиях советской действительности, Рахимов, достиг потолка в своей карьере. Однако начавшаяся перестройка позволила ему, возглавив движение за суверенитет, взойти на политический Олимп вопреки традициям советской партийной номенклатуры. Он, в отличии, скажем, от Шаймиева (первого секретаря обкома ТАССР), не имел опыта аппаратной борьбы. Он вообще не был рожден политиком. Весь его политический опыт был получен путем проб и ошибок. С помощью здравого смысла и крестьянской интуиции. В этом смысле он схож с бывшим главой правительства РФ В.С.Черномырдиным. Крушение СССР дало людям этого типа резко повысить свое статусно-ролевое положение.

В советский период «хозяйственников» незримо держал под контролем партаппарат. Им был очерчен жесткий иерархический предел, за который их старались не пускать. И в это было вполне обосновано, поскольку управление обществом требовало иных знаний, чем техническое управление производством. В каком то смысле «директорат» был псевдосословием, со своей субкультурой и ценностными установками. В силу своей специфики, эти люди, так называемые «крепкие хозяйственники», были безыдейными, точнее не были носителями советской идеологии и вообще какой-либо идеологии. Даже сегодня М.Г.Рахимов вряд ли смог бы внятно сформулировать свое политическое кредо. Метафорично его взгляды можно назвать «идеологией здравого смысла», но не более. Именно поэтому попытки оппозиции приклеить на него ярлык «этнонационализма» выглядят, по крайне мере, нелепо. Он по своему характеру и роду деятельности был всегда безыдейным. Именно, кстати, за слабую реализацию идей «суверенитета» корили президента все время представители башкирских национальных организаций (к примеру, принятие закона о языках РБ он, опасаясь межэтнического противостояния, оттягивал до 1999 г.). Более того, Рахимов все эти годы демонстративно сторонился башкирских организаций, боялся, что его открыто обвинят в национализме в Москве. В то же время, в трудные для себя моменты, он всегда прибегал к их помощи, поскольку никакой другой самостоятельно организованной силы, готовой поддержать его, в республике не было, и нет до сих пор.

Перестройка дала возможность людям «второго эшелона» достичь небывалых политических высот - о чем они втайне мечтали в советский период. Еще в условиях СССР они считали себя обойденными, тихо роптали за спиной партийной элиты. Именно в этой среде с началом либерализации советского общества родились идеи, вначале хозрасчета, а затем и регионализации монолитной советской экономики. В период перестройки произошла смычка радикальных либералов и советских хозяйственников, их руками была сломана и растащена на куски общенародная собственность.

Первые были демагогами и дельцами зарождающего рынка, вторые могли и умели работать. Характерно, что когда политика А.Чубайса привела страну к краю экономической пропасти, Б.Ельцин, забыв миф о самонастраивающемся рынке, вытащил плановика В.Черномырдина, избежав, тем самым, падения  своего режима.

Идея децентрализованной экономики – одна из антисоветских мифов времен перестройки, которая до сих пор варьируется на разные лады у представителей региональных элит. Она является тезисом региональной идеологии и вживлена в массовое сознание. Озвучивая ее с начала 90-х годов, Рахимов, тем не менее, логически ей противоречил, поскольку созданная им республиканская система: в политическом плане жестко авторитарна, в экономическом – тяготеет к предельной плановости и централизации. Экономика Башкортостана сегодня не просто своеобразный госкапитализм, а вывернутая наизнанку советская форма хозяйствования с чертами натурального хозяйства.

Придя из среды хозяйственной номенклатуры в большую политику,  М.Г.Рахимов, перенес опыт производственного управления в эту сферу. Отсюда его скрытое презрение к интеллигенции как людям, которые «ничего не производят», распространенное среди технарей. Попытки чисто технически решить проблемы сложного характера. Рахимов все эти годы руководил республикой как огромным заводом, он методично и скрупулезно выстраивал жесткую систему управления, руководствуясь лишь принципом эффективности. Он был и остался директором, а не политиком. И сегодня можно уверено сказать, что по критерию эффективности им была выбрана верная стратегия развития.

К примеру, в период, когда в эйфории разрушения Б.Ельцин ломал советскую систему жизнеобеспечения, Рахимов волевым решением остановил действие закона РФ о ликвидации колхозной системы в республике. В результате действия либеральных реформ были значительно смягчены для сельских жителей Башкирии, хотя расцвета в деревне как утверждают официальные СМИ, там, естественно, не произошло. Но его в условиях ломки экономики и не могло быть – слишком большой удар был нанесен младореформаторами по советской системе хозяйствования. Между тем сохранение колхозной системы создало не просто определенный запас прочности, но и оградило сельчан от больших массовых страданий (о чем все время «забывает» оппозиция РБ).

Кроме того, мало кто понимает, что колхозная система это одна из институциональных форм традиционного общества в деревне. В советской цивилизации дореволюционная община была видоизменена и модернизирована в форме колхоза (или совхоза – разница между ними была несущественная). Феномен колхоза – как модернизированной общины, тема до сих пор малоизученная и не такая простая, как кажется на первый взгляд. Колхоз - субъект некапиталистической формы хозяйствования. Тот, кто жил в деревне и имеет представление о ней, согласится с тем, что колхоз несет на себе не только хозяйственную, но и огромную социальную функцию. Это, прежде всего, форма жизни современной деревни. Как модернизированная община, колхоз, обеспечивает неработающих пенсионеров, на него повешена и социальная сфера (клубы, школы и т.д.). С.Г.Кара-Мурза прав, когда пишет о том, что миф о неэффективности колхозов противоречит действительности.

Никакого расцвета фермерства, как многие думали в начале перестройки, в России не произошло. В фермеры выделилась небольшая часть крестьянства, да и то там, где были относительно крепкие колхозы. Иными словами они существуют не просто вместе с ними, а за счет них.

В советское время председатели колхозов и совхозов были больше старостами крестьянских общин, чем техническими управленцами. Колхоз был патерналистской системой на субрегиональном уровне, закрытым локальным миром. И сломать эту систему в 90-е годы значило разрушить  башкирского общества в целом,  поскольку даже до сих пор башкирский этнос преимущественно деревенский (формально 50% башкир живут в городах, но это, скорее «крестьяне переехавшие в город»). Заслугу М.Г.Рахимова в сохранении деревни трудно переоценить, но при этом нужно сказать, что он при этом руководствовался скорее здравым смыслом, а не четко разработанной стратегией.

Выходец из деревни, он перенес опыт закрытого локального мира на региональный уровень управления. В результате этого в республике произошла институализация традиционного общества и традиционных ценностей. И это притом, что республиканское общество, в целом, крайне неоднородно как в социальном, так и в этническом и политическом плане. Это регион с достаточно высокой степенью урбанизации и развитым промышленным комплексом.

 Особенности постсоветского авторитаризма

Одной из характерных черт авторитарной власти (харизматической деспотии) является механизм рекрутации, основанный на принципе личной преданности. Но поскольку Рахимов был башкиром по национальности и выходцем из Кугарчинского района РБ - ключевые посты были заняты людьми соответствующие этим двум признакам. Режим Путина также собран по принципу личной преданности, правда, клановый отбор заменен профессиональным происхождением («выходцы из КГБ»). Поэтому считать республиканскую власть этнократической – явная ошибка. Это ее не главный, а вторичный признак. Нужно признать также, что вопреки распространенному стереотипу, авторитаризм М.Г.Рахимова не восточного характера. В нем очень мало от восточной деспотии среднеазиатских республик. Скорее это авторитаризм советского образца. Режим Рахимова ближе к белорусскому режиму Лукашенко и авторитаризму Путина, чем правлениям среднеазиатских и кавказских республик.

Можно постараться выделить общее в авторитарных моделях постсоветских государств. А в них, несмотря на кажущее различие, много схожего. Вот несколько примеров.

Нужно указать, прежде всего, на их глубоко имитационный характер. Либеральный транзит, осуществленный в 90-е годы, привел уродливому несоответствию между идеологической риторикой и социокультурной матрицей постсоветских государств. Попытки искусственно копировать институциональные формы развитых политсистем Запада, нелепая игра в демократию, характерная черта возникших режимов. Авторитаризм в них является безальтернативной формой политического существования. Даже относительно либерально настроенный среди глав республик Президент Чувашии Н.Федоров выстроил в итоге жесткий режим личной власти. В этом смысле авторитарная модель Путина ничем не отличается от власти Рахимова. Подобная форма правления, по сути своей, недемократична.

Другая черта постсоветского авторитаризма – установка на несменяемость лидера и недвусмысленные попытки предать власть «по наследству» (Ельцин - Путин). Причем в ряде бывших республик СССР это было осуществлено буквально. Характерна, к примеру, сама постановка вопроса о возможности Рахимова передать власть своему сыну. Если взглянут на ситуацию шире: вопрос вокруг преемника – это проблема всех постсоветских авторитарных режимов. Создавая свою жесткую вертикаль, правитель зачастую сам оказывается заложником выстроенной им же системы. Поскольку только власть дает гарантию сохранения приватизированных активов и личной безопасности.

В культурологическом плане данные режимы, по сравнение с советской властью, во многом архаичны. Налицо признаки регресса и возврата к досоветским формам властвования. Общество сделало огромный шаг назад, политическая культура населения бывшего СССР резко деградировала. Произошла архаизация и самих правителей регионов. Ряд режимов среднеазиатских республик откатились к временам средневековых восточных деспотий. В тоже время, к примеру, у режима Туркменбаши много схожего со сталинской эпохой, с периодом культа личности и террора. К концу правления у самого Рахимова проявились байские черты, которые не наблюдались в начале карьеры.

Постсоветский авторитаризм не появился на пустом месте, он потенциально содержался в природе советской власти. Еще первый секретарь башкирского обкома М.Шакиров управлял в республике авторитарными методами. Методами мягкого подавления и жесткого централизма. Однако в советский период над такими людьми стоял аппарат Партии. Когда же из машины советского государства был вынут стержень идеологии вместе с их носителями – власть локализовалась на региональном уровне и стала предельно авторитарной, поскольку никаких гражданских институтов сдерживания не было и, по сути, до сих пор нет.

Авторитарный режим Путина лишь венчает пирамиду из региональных систем. Таким образом, если бы вместо Рахимова во главе РБ стал бы другой человек, авторитарный режим возник бы в любом случае, иначе система просто развалилась бы. В России после либеральной революции 90-х годов власть, со сломом идеократического советского государства, лишилась духовной легитимации со стороны партии («ордена меченосцев»), стала восприниматься как простой инструмент управления, чем она никогда не была и не будет. В самой природе власти есть много иррационального, недоступного человеческому пониманию.

В целом, говоря о постсоветском авторитаризме, нужно признать, что перед нами деформированная, вывернутая наизнанку советская власть. Данные режимы потенциально не могут развиваться, поскольку они статичны и тяготеют к моноцентризму. Они вобрали в себя не самое лучшее от советской власти и худшие стороны западных демократий (их механистический правовой формализм).

Возвращаясь к фигуре Рахимова, нужно сказать, что он  не только типичный советский руководитель, но и представитель башкирского традиционного общества. В нем отразился характер башкирского народа, особенности его менталитета. Это хорошо видно на фоне президента Татарстана М.Шаймиева, на личности которого отразились, в свою очередь, ментальные особенности татарского этноса. Если М.Шаймиев в публичных выступлениях говорит обтекаемыми формулировками, с лукавой улыбкой «гнет свою линию», то М.Г.Рахимов с башкирской прямолинейностью часто рубит с плеча, легко может выйти за рамки политкорректности.

Необоснованными являются и обвинения Рахимова в создания культа личности. У него нет комплексов Туркменбаши. Изъявления благодарности в адрес президента со стороны населения в большинстве своем носят стихийный, низовой характер. Это не проявление холуйского характера народа, а попытка дать ответный сигнал власти на ее патерналистские действия. Простой народ интуитивно чувствует «крестьянский» характер режима, символической фигурой которого является сам Рахимов. Если кто и заражен холопским недугом, то это некоторые люди приближенные к высшей республиканской власти. И тут необходимо сказать немного о его окружении.

Одной из сторон авторитаризма является влияние характера правителя на саму природу власти. Она начинает приобретать его черты. Власть становится харизматической. Именно поэтому все авторитарные режимы при всей схожести различны между собой. Имеют свои неповторимые особенности. Президент Рахимов за все время своего правления боялся потерять с трудом добытую власть. Возле него не появилось таких крупных советников как Р.Хакимов в Татарстане, или А.Гайда в Свердловской области. Надежда, что со временем появится фигура связующая башкирское общество и власть, к сожалению, не оправдалась. Рахимов избавлялся от своих потенциальных конкурентов, как только они заявляли о своих амбициях на президентство. Именно поэтому в его окружении, со временем, начали большую роль играть различного рода советники. По этой же причине много оказалось во власти случайных людей, неотягощенных моральными нормами. Людей профессионально некомпетентных, чей уровень соответствовал районному масштабу. Это отразилось на качестве региональной властной элиты в целом, породило явно выраженный кадровый дефицит. По этой причине Рахимов не смог вырастить и своего приемника, чем серьезно усложнил проблему сохранения преемственности режима. Необходимо признать, что, несмотря на большой опыт работы с людьми, он недостаточно разбирался в них, не знал до глубины их психологии. Легко принимал лесть за чистую монету.

Ведь из кого, если разобраться, состоит современная оппозиция РБ? Не считая парочку пассионариев, это в основном люди, которых в свое время он сам же «вырастил». Н.Швецов, Р.Бигнов, С.Веремеенко, отчасти Р.Нигматуллин и М.Миргазямов, Р.Хабиров и др. – люди, которые укрепились и вылезли «наверх» за счет власти, и благодаря лично Рахимову. Таким образом, наличие того факта, что даже «оппозиция РБ», по сути, создана самой властью, должна, заставить задуматься о масштабах роли государства в структурировании современного общества, об утопичности идеи скорого возникновения дуальной системы «власть - гражданское общество» в России.

Заканчивая статью, я думаю, что роли М.Г.Рахимова в истории Башкортостана, уже по факту сделанного, можно дать скорее положительную, чем отрицательную оценку. По своему характеру он был и останется созидателем. Человеком, который, когда все вокруг ломали, оказался одним из немногих, кто нашел в себе силы и волю остановить антигосударственный шабаш в республике. В этом проявилось не только его крестьянское благоразумие, но и ответственность традиционного человека, который никогда не живет одним днем. Как бы мы не относились к представителям его поколения - Лужкову, Росселю, Шаймиеву, и др. нужно признать, что перед нами постепенно уходят люди эпохи Модерна, люди, «старой» традиционной культуры. На их фоне возвышение руководителей эпохи Постмодерна, перенявших западный образ и стиль жизни (поклонник группы «Deep purple» Д.Медведев), выглядит, как катастрофа национального масштаба. Поскольку сам факт появления правителей огромной державы с маленьким ростом, манерой небрежно одеваться и употреблять слова из уголовного жаргона, свидетельствует о трагическом истощении российской «почвы», измельчании русского человека. Говорят о резком разрыве с Традицией и цивилизационной траекторий развития России.

А. Хайбуллин

Источник: РБ 21 Век

Новый лидер Башкирии Рустэм Хамитов признал, что допускает возможность широкой дискуссии в республике вокруг решения о переименовании своего поста.

«По поводу переименования поста президента мы посоветуемся со старейшинами и депутатами», – пообещал в интервью газете ВЗГЛЯД лидер Башкирии Рустэм Хамитов. Пока же новый президент создал в своем аппарате отделы по национальным вопросам и по диалогу с религиозным сообществом.

Назначенный в конце июля президентом Башкирии Рустэм Хамитов месяц назад начал решительную реформу кабинета министров и собственного аппарата. Кроме того, он объявил своим чиновникам о запрете «боевых действий» против федерального центра, а также определил точный статус его предшественника Муртазы Рахимова.«Думаю, что до Нового года приму решение по кандидатуре премьер-министра республики»

В итоге Рахимов так и не дождался для себя официального статуса, оставшись простым советником президента республики на общественных началах, хотя в момент смены власти новый президент не исключал такой возможности. После того как 12 августа его чеченский коллега Рамзан Кадыров выступил с призывом к лидерам других республик отказаться от титула «президента», Хамитов уклонился от прямой поддержки этого призыва, так же, как и власти соседней Татарии.

ВЗГЛЯД: Рустэм Закиевич, ожидается ли в Башкирии широкая общественная дискуссия о том, чтобы все-таки со временем переименовать ваш пост в «главу» республики?

Рустэм Хамитов: Ничего невозможного в этом нет. Я в данном случае думаю, что обсуждение этого вопроса для меня лично пока преждевременно. Я только-только приступил к этой работе, только вхожу в курс дела.

Я уже говорил о том, что в случае принятия федерального закона по этому поводу, безусловно, реакция будет такой, какой она должна быть. Но если говорить об общественной дискуссии, то мы будем советоваться со старейшинами нашими, с депутатами, с Госсобранием. Это не единоличное решение должно быть, а плод коллективной работы.

ВЗГЛЯД: Смена власти в Башкирии, вопреки предсказаниям многих политологов, прошла ровно. Но не опасаетесь ли вы, что со временем представители татарской или русской общин могут потребовать предоставить национальную квоту в правительстве, как это негласно практикуется на Северном Кавказе?

Р.Х.: Национальные вопросы всегда, конечно, возникают. На то она и жизнь, чтобы возникали задачки, которые надо решать, но сейчас я не вижу каких-либо острых моментов... Но, вообще говоря, этот вопрос не стоит даже ставить, поскольку у нас умные люди есть среди всех национальностей. Мы, прежде всего, исходим из профессионализма и умения работать.

ВЗГЛЯД: Став в июле президентом, вы временно заняли и пост главы правительства Башкирии. Вы говорили, что определитесь с кандидатурой нового премьера к октябрю. Этот срок остается в силе?

Р.Х.: Пока я справляюсь с двумя должностями – и президента, и премьер-министра. Центр принятия решений один. С точки зрения управления республикой и принятия решений это удобно. С точки зрения физических и психологических нагрузок – это не очень хорошо для одного человека. Но я думаю, что, наверно, еще несколько месяцев в таком формате поработаем.

ВЗГЛЯД: А почему отбор кандидатов затягивается?

Р.Х.: Ну, мне казалось, что два месяца – срок оптимальный, но на самом деле вопрос  достаточно сложный. Но, думаю, что до Нового года приму решение.

ВЗГЛЯД: После вашего назначения в Уфу вернулись и уже устроились на работу в ваш аппарат несколько чиновников, которые покинули Башкирию во времена Муртазы Рахимова. Премьером будет человек, который в последние годы работал в республике, или «возвращенец» из Москвы?

Р.Х.: Я вам ничего не скажу на эту тему.

ВЗГЛЯД: В августе вы начали перестройку аппаратов президента и правительства. Какие новые отделы вы учредили? Какие упразднили?

Р.Х.: В администрации президента появился отдел по вопросам национального воспитания, образования и вообще национальных вопросов республики. Появился отдел по работе с религиозным сообществом – это тоже серьезная вещь достаточно. Появилась большая служба по IT-проблемам – в ее сферу входит создание электронного правительства, создание новых форматов взаимодействия министров, членов правительства, электронный документооборот и так далее – то, чего не было вообще «как класса».

В правительственном аппарате исчезают потихоньку структуры, связанные так или иначе с политическими моментами. Функция аппарата правительства теперь исключительно экономическая, хозяйственная, и не более того.

ВЗГЛЯД: Вы обещали, что в ходе перестройки аппарата он сократится на 20 или 30%. Будут ли повышены за счет этого заработки остающихся сотрудников, чтобы снизить, к примеру, коррупционные соблазны?

Р.Х.: Аппарат сократится, и желательно прибавить зарплату, конечно, но пока на фоне невысоких заработков трудящихся республики мы не можем говорить о повышении зарплаты другим категориям.

ВЗГЛЯД: Башкирская оппозиция требовала, чтобы вы инициировали пересмотр итогов прошлогодней продажи «Башнефти», то есть ТЭКа республики АФК «Система». Оппозиция уверена, что барыши от продажи «Башнефти» в размере миллиардов долларов так и не попали в казну республики. Причем после своей отставки ваш предшественник Муртаза Рахимов как раз и вошел в совет директоров теперь уже частной «Башнефти». Почему вы отказали оппозиции?

Р.Х.: Это не моя задача.

ВЗГЛЯД: Но бюджет – это ваша компетенция?

Р.Х.: Конечно, бюджет – это наша компетенция, но есть законодательство, в формате которого прошла приватизация, есть определенное мнение правоохранительных органов, которые там не видят на сегодня каких-либо зацепок.

ВЗГЛЯД: Как часто вы встречаетесь со своим предшественником?

Р.Х.: Очень редко. Вот на юбилейном заседании Госсовета во вторник встретились после паузы длиной больше месяца.

ВЗГЛЯД: Говорили, что он остается вашим советником на общественных началах, что он сохранит кабинет в здании администрации...

Р.Х.: Нет, статуса советника нет, даже на общественных началах. Он занят формированием своих общественных структур, которые будут помогать, видимо, нам в работе, я так понимаю.

ВЗГЛЯД: Вы призвали своих чиновников к исключительно «добрым отношениям» с коллегами из федеральных органов власти. Есть ли, однако, признаки инерции у отдельных чиновников, которые все еще пытаются конфликтовать с Москвой?

Р.Х.: Нет, такой инерции нет. Я вот общаюсь с федеральными министрами и со своим правительством – никаких осложняющих моментов нет.

ВЗГЛЯД: По итогам заседания Госсовета, который был посвящен реформе образования, что вы намерены изменить в своей республике?

Р.Х.: Да, я вижу задачу в реформе профессионального образования. У нас точно такая проблема существует. В среду, 1 сентября, я иду в уфимское ПТУ моторостроительного объединения. Это не просто церемония участия в праздновании Дня знаний. Я заодно посмотрю, как там учат ребят – токарей, слесарей, фрезеровщиков, сварщиков – рабочим специальностям. Посмотрю уровень подготовки людей. Вообще, у нас есть идея создать эту цепочку, о которой говорили на Госсовете: ПТУ – техникум – вуз.

ВЗГЛЯД: Почему вы идете к моторостроителям, а не в ПТУ, связанное с  нефтегазовым сектором? Он же в республике, наверно, важнее?

Р.Х.: Там тоже требуется реформировать образование. К сожалению, наш университет не имеет своих техникумов, которые готовили бы специалистов в нефтегазовом секторе. А мы хотели бы, чтобы нефтяной университет имел такие техникумы.

ВЗГЛЯД: При Рахимове многие специалисты уезжали из республики. Вы не опасаетесь, что такой отток выпускников продолжится?

Р.Х.: Конечно, нет. Конечно, и лучшие, и средние, и любые кадры будут уезжать, республика столько специалистов, безусловно, не переварит. Но я не переживаю, потому что нам хватает.